7  июля 1770 года завершилось грандиозное Чесменское сражение. Оно стало одной из самых впечатляющих морских побед России за всю ее историю. В феврале 1995 г. был принят Федеральный закон «О днях воинской славы (победных днях) России», которым 7 июля, среди прочих значимых для России дат, получило статус Дня воинской славы России. Чесменское сражение стало одним из ключевых моментов в русско-турецкой войне 1768-1774 гг. Ему предшествовало Второе Пелопоннесское восстание, поднятое греческими патриотами против османского владычества и активно поддерживавшееся российской властью. Как известно, к началу войны Россия еще не имела флота в Черном море. Это создавало серьезные препятствия для поддержки греческой национально-освободительной борьбы. Поэтому в правящих кругах Российской империи возникла идея направить в Эгейское море эскадру русского флота с Балтийского моря. Первым эту идею озвучил в ноябре 1768 года Григорий Орлов, близкий к императрице Екатерине II. Государыня согласилась с мнением своего фаворита, после чего был назначен командующий экспедицией в звании генерал-аншефа — Алексей Орлов. О нем следует сказать особо. К моменту начала экспедиции Алексею Орлову было всего 32 года. Он сделал молниеносную карьеру благодаря участию в дворцовом перевороте 1762 года, приведшем к власти Екатерину II. Если в начале 1762 г. Орлов служил в Преображенском полку в звании сержанта, то после переворота был произведен в майоры гвардии и генерал-майоры армии и получил графский титул. Каких-либо высоких руководящих должностей в армии или на флоте он не занимал, но поскольку был автором идеи броска российского военно-морского флота в Эгейское море, претворять в жизнь эту рискованную затею императрица доверила именно ему. Перед экспедицией была поставлена задача организации поддержки греков Пелопоннеса и отвлечение сил Османской империи. Ставился и такой амбициозный план как прорыв эскадры к Константинополю, который, по мнению российского командования, мог вынудить Османскую империю к скорой капитуляции. Россия рассчитывала освободить Балканский полуостров от османского владычества, положив конец многовековым притеснениям христианских народов — греков, славян, валахов. Для организации экспедиции к 1768-1769 гг. сложились благоприятные обстоятельства. Во-первых, Дания, находившаяся в хороших отношениях с Российской империей, была готова пропустить российский флот через Зундские проливы и даже предоставить своих моряков.

        Во-вторых, идею о российской экспедиции в Эгейское море положительно воспринимали и правящие круги Великобритании, стремившейся ослабить Османскую империю. Кстати, из британского флота на российскую службу также поступило некоторое количество опытных морских офицеров, которые значительно усилили качество личного состава экспедиции. В частности, одну из эскадр возглавил Джон Эльфинстон — капитан британского флота, принятый на русскую службу 30 мая 1769 года и вскоре произведенный в контр-адмиралы. Шотландцем по происхождению был Самуил Грейг — 35-летний офицер британского флота, служивший в звании лейтенанта. Правда, он начал службу на русском флоте несколько раньше и в 1769 году уже был кадровым офицером, командуя линейным кораблём «Трёх Иерархов». Вопрос об организации экспедиции был решенным. В ее состав включили 5 эскадр Балтийского флота, в том числе 6 фрегатов, 1 бомбардирский корабль, 20 линейных кораблей, 26 вспомогательных кораблей. Всего экспедиция насчитывала 17 тысяч человек личного состава, включая 8 тысяч морских десантников и 9 тысяч моряков. Первая эскадра экспедиции под командованием адмирала Григория Спиридова вышла из Кронштадта 29 июля (18 июля по старому стилю) 1769 года. В октябре 1769 года вышла вторая эскадра под командованием контр-адмирала Джона Эльфинстона, перешедшего на российскую службу с британского флота. Следующие эскадры отправились в Эгейское море уже после Чесменского сражения, поэтому о них мы рассказывать здесь не будем. Российский военно-морской флот ко времени рассматриваемых событий еще не имел опыта морских походов на такие большие расстояния. Поэтому переход из Балтийского моря в Средиземное море сопровождался многочисленными проблемами, в том числе были и человеческие жертвы. Счет умершим из-за болезней шел на сотни. Тем не менее, к февралю 1770 г. первая эскадра адмирала Спиридова достигла Пелопоннеса. 28 февраля в бухте Итилона высадился русский десант под командованием секунд-майора Гавриила Баркова — офицера Курского пехотного полка. Хотя в десантном отряде было всего 14 человек, Баркову удалось быстро собрать вокруг себя свыше 1000 местных жителей — греков и арнаутов. 9 апреля русские корабли под командованием бригадира морской артиллерии Ивана Ганнибала осадили крепость Наварин. 21 апреля, после успешной осады, Наварин был взят и превратился во временную базу русского флота. К середине мая 1770 г. в район Пелопоннеса прибыла вторая эскадра под командованием контр-адмирала Д. Эльфинстона. К концу мая в районе залива Наполи-ди-Романья произошло очередное мощное сражение

между русскими эскадрами и турецким флотом. В конце концов, турецкий капудан-паша Гассан-бей был вынужден отступать со своим флотом в сторону острова Хиос. Русские корабли устремились за ним в погоню. Было решено идти к Хиосу, а если турецкого флота там не окажется, то следовать к проливу Дарданеллы с целью их блокады. 5 июля (24 июня) 1770 г. началось Хиосское сражение. В Хиосском проливе столкнулись друг с другом русский и османский флоты. В состав русского флота входили 9 линейных кораблей, 3 фрегата, 1 бомбардирский корабль, 1 пакетбот, 3 пинка и ещё 13 более мелких судов. Османский флот был куда более внушительным и включал 16 линейных кораблей, 6 фрегатов, 6 шебек, 13 галер и 32 малых и вспомогательных судов. Фактическое командование османским флотом осуществлял Джезаирли Гази Хасан-паша. Еще юношей он, армянин по происхождению, был угнан в турецкое рабство, но принял ислам и поступил на султанскую службу. Долгое время он служил в Алжире, а к моменту Чесменского сражения был заместителем капудан-паши Ибрагима Хюсамеддина, который от руководства действиями флота устранился и поэтому его обязанности выполнял Джезаирли Гази Хасан-паша. В 4 утра на корабле «Трёх Иерархов» капитан Самуил Грейг поднял сигнал «Гнать за неприятелем», после чего русские корабли начали наступление на османские позиции в Хиосском проливе. Ровно в 11.00 командующий русским флотом граф Орлов отдал приказ атаковать османский флот. Во время сражения взорвался флагман османского флота 80-пушечный линейный корабль «Реал-Мустафа», захваченный русскими моряками на абордаж. Одновременно с ним взлетел на воздух и «Святой Евстафий». Адмиралу Григорию Спиридову удалось покинуть «Святого Евстафия» за несколько минут до взрыва. После того, как был уничтожен флагман «Реал-Мустафа», остальные корабли турецкого флота спешно отступили со своих позиций и укрылись в Чесменской бухте. Вход в бухту был практически сразу же заблокирован кораблями русского флота, которые стали готовиться к дальнейшему продолжению боевых действий против османских кораблей. Турецкий флот выстроился в две линии. В первой стояли 8 линейных кораблей, во второй — 7 линейных кораблей. Остальные турецкие корабли сосредоточились между линиями и берегом. Но такое расположение османского флота оказалось бездарным, поскольку первая линия не позволяла второй линии вести огонь по русским кораблям, а нахождение кораблей вблизи друг от друга облегчило обстрел позиций турок русской артиллерией. В результате обстрела турецкие корабли загорались, а так как они были расположены в непосредственной близи друг от друга, то огонь сразу же перекидывался на соседние корабли. Весь день 6 июля турецкий флот подвергался обстрелу со стороны русских судов. В 17:00 обстрел турецких позиций начал бомбардирский корабль «Гром», вставший прямо перед входом в бухту. В 0:30 к обстрелу присоединился линейный корабль «Европа», чуть позже — линкор «Ростислав». В 1:30 один из турецких линейных кораблей взорвался в результате обстрела русской артиллерией. Вспыхнул пожар, который быстро распространился на другие корабли, стоявшие в бухте. Около 2:00 взорвался еще один османский корабль. После этого в бухту вошли брандеры, однако два из них были выведены османским огнем из строя. Тем не менее, брандеру лейтенанта Ильина удалось сцепиться с 84-пушечным османским линкором, после чего команда подожгла брандер и покинула его на шлюпке. Брандер взорвался и загорелся, передав огонь не только на турецкий линкор, но и на другие корабли турецкого флота. К 2:30 взорвались еще три турецких линейных корабля. В промежуток между 4:00 и 5:30 взорвались еще шесть линейных кораблей, а в начале седьмого часа утра — еще четыре линейных корабля. К 8 часам утра 7 июля 1770 года сражение в Чесменской бухте закончилось победой русского флота. Османскому флоту был нанесен сильнейший ущерб. Поражение османского флота в Чесменском сражении было сокрушительным. Потери составили 15 линейных кораблей (из 16, участвовавших в сражении), 6 фрегатов (из 6, участвовавших в сражении). Уцелевший линейный корабль был захвачен русскими. Погибло около 11 тысяч османских моряков. Русский флот потерял в сражении несопоставимо меньше и людей, и кораблей. Так, потери флота составили всего 4 брандера, а личный состав потерял около 20 человек. При этом в Хиосском сражении русский флот потерял 1 линейный корабль «Святой Евстафий» и 636 человек, погибших при его взрыве. Известие о победе русского флота в Чесменской битве было с восторгом воспринято не только Российской империей, но и практически всем христианским миром. Императрица Екатерина II лично поздравила графа Алексея Орлова, командовавшего русским флотом и особо подчеркнула при этом, что вся Европа удивляется храбрости русских моряков, а великие европейские державы прямо завидуют победам российского оружия. Естественно, что герои Чесменского сражения не могли остаться без боевых наград. Адмирал Григорий Спиридов получил орден Св. Андрея Первозванного, граф Алексей Орлов и капитан Самуил Грейг получили ордена Св. Георгия 2-й степени. Капитаны Федот Клокачев и Степан

     Хмелевский были удостоены орденов Св. Георгия 3-й степени, а командиры брандеров и еще несколько офицеров флота — кресты ордена Св. Георгия 4-й степени. Граф Алексей Орлов с этого времени стал именоваться Орловым-Чесменским и получил звание генерал-аншефа с правом поднятия кайзер-флага и внесения его в родовой герб. Кстати, ему же было доверено и формирование «Албанского войска» из числа греков и православных албанцев, служивших на русском флоте. Уже после окончания русско-турецкой войны под поселения албанского войска были отведены места в окрестностях Керчи и Еникале. Победа в Чесменском сражении способствовала серьезному перелому в русско-турецкой войне. Основной османский флот, принимавший участие в сражении в Чесменской бухте, был уничтожен. Это открыло для русского флота возможность начать блокаду Дарданелл. Однако, поскольку у османов еще оставались значительные военно-морские силы, от плана по блокаде Константинополя граф Орлов отказался. Весь следующий 1771 год турецкий флот практически не предпринимал никаких активных действий в Эгейском море. Для современной России очень важна память о Чесменском сражении. Во-первых, эта героическая страница в нашей истории еще раз побуждает нас вспомнить о храбрости и беззаветной преданности своей стране русских моряков, солдат, офицеров, генералов и адмиралов того времени. Во-вторых, она демонстрирует превосходство полководческого и флотоводческого талантов русских военачальников, которые смогли блестяще организовать такую сложную морскую операцию. В-третьих, Чесменское сражение символизирует заботу России о христианских народах Балканского полуострова и Средиземноморья, которые в то время находились под властью Османской империи. Весь XVIII и XIX вв. Российская империя оказывала очень серьезную помощь балканским народам, стремившимся освободиться из-под власти Османской империи. Благодаря помощи России греческий, болгарский, сербский, румынский народы получили долгожданную политическую независимость, возможность свободно исповедовать свою религию, сохранять национальную культуру и национальную идентичность. И Чесменскому сражению в борьбе за освобождение балканских народов принадлежит особая роль. К сожалению, далеко не всеми представителями политических и интеллектуальных элит Балканского полуострова вклад России в освобождение их стран от османского господства был оценен в должной мере — сказалось постоянное идеологическое и финансовое влияние западноевропейских держав, конкурировавших с Россией за влияние в регионе. Но участие в борьбе против османского господства все равно остается одной из наиболее светлых страниц истории русского военного и морского присутствия в Средиземноморском регионе.

 

 

Начальник научного отдела Музыкаева А.М.